Экономика вооружения

Вооружение должно проводиться таким образом, чтобы оно не вредило системе свободного социального хозяйства. Я стою на этой точке зрения уже с того времени, когда впервые возник вопрос о вооружении Западной Германии. Я часто высказывался в пользу такого подхода к вопросу, но при этом мной руководили не какие-либо догматические соображения, а забота об обеспечении нашего социального бытия. В конце концов смысл всякого участия в общей обороне заключается не только в том, чтобы сохранить свободный общественный строй Запада, но и в том, чтобы укрепить его. Нельзя допустить, чтобы в результате участия в общей обороне Запада оказались подорванными основы свободного строя.

Утверждение о совместимости экономических последствий вооружения с рыночным хозяйством отнюдь не является чисто теоретическим; оно приводит нас к весьма конкретным и вполне близким реальной жизни заключениям.

Мировой общественности следует напомнить о том, насколько в прошлом при вооружении Германии игнорировались принципы финансового равновесия и экономической целесообразности, что положило начало подрыву валюты. Горький опыт, дважды повторенный, еще не изгладился из памяти всех трудящихся Германии. Всем им пришлось испытать на собственной шкуре последствия безответственной политики. Последнюю инфляцию в значительной степени надо отнести за счет войны, но корни ее следует искать уже в методах довоенного финансирования вооружения.

Нельзя допустить, чтобы население в третий раз испытало зло такого опыта. Мы должны противостоять всем соблазнам покрыть стоимость вооружений за счет понижения ценности наших денег. Уже малейшее отклонение от пути добродетели может вызвать катастрофические последствия у немецкого народа, обладающего столь богатым инфляционным опытом. Следует непременно оставаться честным и финансировать вооружение только путем перемещения покупательной способности, иначе говоря, при помощи налогов, но никоим образом не злоупотреблять возможностями эмиссионного банка. Надо сказать твердое «нет» всем манипуляциям этого рода, как бы искусно они ни были закамуфлированы и какую бы внешнюю форму они ни принимали.