Всегда есть что-то, чего мы не знаем

Наибольшее влияние часто имеют отдаленные и почти неуловимые причины . Решение той или иной загадки далеко не всегда может лежать на поверхности. Так, Норма Мак-Корви сделала для снижения преступности гораздо больше, чем контроль оружия, сильная экономика и новые стратегии полиции вместе взятые. То же самое, как мы увидим, сделал и человек по имени Оскар Данило Блэндон, называемый также Джонни Кокаиновое зерно.

“Эксперты” — от криминалистов до агентов по недвижимости — используют свою информированность для решения собственных проблем . Как бы то ни было, их вполне можно победить в этой игре. Благодаря развитию Интернета их информационные преимущества тают день ото дня. В частности, об этом свидетельствует уменьшение размера взносов при страховании жизни.

Знание о том, что и как нужно измерять, делает сложный мир гораздо проще . Если вы будете знать, как правильно использовать имеющиеся у вас данные, то сможете объяснить даже те явления, которые раньше были для вас неразрешимой загадкой. Ведь для того чтобы пробиться сквозь наслоения путаницы и противоречий, нет ничего эффективнее силы конкретных числовых показателей.

Таким образом, главной целью этой книги является изучение скрытой стороны… всего на свете. Временами это может быть необычайно трудным и неблагодарным занятием. Иногда может показаться, что мы смотрим на мир сквозь соломинку или даже вглядываемся в кривое зеркало комнаты смеха. Однако суть здесь состоит в том, чтобы по-новому взглянуть на различные варианты развития событий и изучить их так, как этого еще никто и никогда не делал. В некотором отношении это довольно странная концепция для книги. Ведь большинство книг обычно имеют единую тему, четко выраженную в одном или двух предложениях, и посвящены только ей и ничему более. Например, это может быть рассказ о добыче соли, хрупкости демократии, о правильном и неправильном использовании пунктуации. Данная же книга не имеет объединяющей темы. Да, мы хотели (в течение примерно шести минут) написать книгу, которая бы вертелась вокруг одной темы — теории и практики прикладной микроэкономики. Но вместо этого у нас получилось произведение, больше напоминающее записки охотника за сокровищами. Конечно, этот подход позволил нам применить самые лучшие аналитические инструменты из тех, что только может предложить экономика. И вместе с тем он позволил проследить все любопытные и причудливые явления, с которыми нам повезло столкнуться. Таким образом, мы изобрели новую область исследований — “фрикономику”. Конечно, не все истории, рассказанные в этой книге, тесно связаны с экономикой, но рано или поздно это может измениться. Поскольку экономика — это, прежде всего, набор инструментов, а не предмет изучения, то отсутствие предмета, как бы странно это ни звучало, не должно ей мешать.

Не лишним будет вспомнить, что Адам Смит, основатель классической экономики, был, в первую очередь, поклонником философии. Он старался быть моралистом и, делая это, постепенно стал экономистом. Когда в 1759 году он опубликовал свою первую книгу Теория нравственных чувств , современный капитализм еще только зарождался. Смит был восхищен радикальными переменами, запущенными этой новой силой, но его интересовали далеко не одни только цифры. Его привлекал также человеческий фактор — факт зависимости экономики от того, как человек думает и действует в конкретной ситуации [5]. Что может заставить одного человека обманывать или воровать, а другого нет? Каким образом, казалось бы, безобидный выбор одного человека, хороший или плохой, может по цепочке повлиять на большое количество людей? Во времена Смита связь между причиной и следствием резко ускорилась; влияние же стимулов увеличилось десятикратно. Серьезность и потрясение этих перемен казались его современникам такими же чрезмерными, какими нам кажутся серьезность и потрясения нашей жизни.

Истинным объектом изучения Смита были противоречия между индивидуальными желаниями и общественными нормами. В свое время это привлекло внимание экономического историка Роберта Хейлбронера, написавшего книгу Философы мира . Он удивлялся, как Смиту удалось отделить дела человека, творения собственных интересов от более высокой моральной плоскости, в которой действует человек. “Смит придерживался мнения, что ответ лежит в нашей способности ставить себя на место третьего лица, независимого наблюдателя, — писал Хейлбронер. — Ведь таким образом мы формируем точку зрения на объективные… обстоятельства дела”.

Так представьте, что сейчас, в компании третьего лица — или, если хотите, пары третьих лиц, — вы исследуете объективные обстоятельства разных интересных дел. Эти исследования, как правило, начинаются с постановки простого вопроса, который до сих пор еще никто и никогда не задавал. К примеру, он может звучать так: “Что общего между школьными учителями и борцами сумо?” ЖДЕМ ВАШИХ ОТЗЫВОВ!

Перейти на страницу: 1 2 3 4 5 6 7