ЧТО ПРОИЗОШЛО С РОССИЙСКИМИ БАНКАМИ?

В целом к середине воскресенья 16 августа было достигнуто общее согласие с МВФ о пакете мер и о том, что этот набор шагов не прекращает объявленной в июле программы действий. Было решено, что после объявления Правительством и Банком России комплекса мер последует заявление МВФ о согласовании этих действий с МВФ и о том, что у России сохраняются все шансы на получение сентябрьского транша кредита. Казалось, удалось создать именно ту конструкцию, которая могла обеспечить сохранение общей стабильности в экономике.

О подготовленных решениях Правительства и Центрального банка во второй половине воскресенья С. Кириенко и А. Чубайс доложили Президенту России, и было получено его согласие на предложенные действия ввиду их безальтернативности. Выбор стоял между плохими решениями и очень плохими, хорошего выхода из создавшейся ситуации в тот момент уже не было. Это был последний шанс удержать ситуацию под контролем и попытаться провести в жизнь целенаправленные действия.

Было принято решение, что обо всем комплексе мер следует объявить в понедельник утром. Все понимали, что ситуация складывается неординарная, информация о напряженной работе в Белом Доме регулярно появлялась в средствах массовой информации, отсутствие каких-либо объявлений властей в понедельник утром могло еще больше накалить ситуацию. Более того, не возникало дискуссий по поводу того, что в понедельник утром следует объявить все детали плана реструктуризации ГКО (который являлся ключевым моментом всего комплекса шагов).

Дальнейшие события показали, что надеждам на реализацию этих замыслов не суждено было сбыться. Неожиданно позиции многих действующих лиц стали быстро меняться. Сначала в воскресенье поздно вечером сотрудники МВФ заявили о том, что Фонд не готов поддержать комплекс предлагаемых мер. Единственным объяснением такой смены позиции стал их телефонный разговор с Директором-распорядителем МВФ М. Камдессю. Основанием для столь жесткой позиции руководителя МВФ стало отсутствие политического консенсуса среди ветвей российской власти, отсутствие понимания ими всей остроты кризиса и решимости отложить в сторону различия в политических взглядах ради спасения страны. В ходе дискуссии выяснилось, что наиболее спорным моментом всего комплекса мер для М. Камдессю, естественно, стала реструктуризация государственного внутреннего долга, которая «противоречит философии МВФ».

Позднее, к утру понедельника, после телефонных разговоров Чубайса с С. Фишером и Л. Саммерсом, позиция МВФ несколько изменилась еще раз. На этот раз было обещано высказать «общее понимание» необходимости предпринятых шагов при условии того, что объявление всех деталей схемы реструктуризации ГКО будет отложено на один день. Это условие было принято, объявление условий реструктуризации ГКО было назначено на среду, 19 августа, день погашения очередного выпуска государственных ценных бумаг. Но даже сильно смягченное заявление МВФ о поддержке решений российских властей появилось в ночь с понедельника на вторник и прошло практически незамеченным для средств массовой информации.

В 10 часов утра 17 августа Совместное заявление Правительства и Банка России вышло на ленты информационных агентств. Через несколько минут после этого, на совещании у С. Кириенко совершенно неожиданно для его участников Минфин сообщил о том, что для проведения реструктуризации необходимо принятие законодательного акта, и что согласованные накануне параметры реструктуризации не устраивают это ведомство – оценка ситуации с текущим финансированием расходов бюджета не улучшается (как будто отказ от платежей по долгу мог дать какие-то доходы бюджету). Учитывая бессонную ночь и напряжение последних двух суток, никто не захотел начинать дискуссию по этому вопросу, и все разошлись до вечера с поручением «подумать еще раз».

К вечеру понедельника произошли новые перемены в позициях участников. Во-первых, на пост вице-премьера, ответственного среди прочего за макроэкономическую политику, был неожиданно назначен Б. Федоров. Вполне естественно, что центр работы по продолжению расчетов и выработке сценариев реструктуризации переместился к нему в кабинет. Во-вторых, Минфин заявил о том, что под реструктуризацию должны попасть не только ГКО, но и ОФЗ, погашаемые во второй половине 1999 года, и что не может быть и речи о каких-либо денежных выплатах в 1998—1999 годах и о выпуске новых ценных бумаг с погашением ранее, чем через четыре года. В-третьих, сотрудники МВФ отказались от ранее согласованных позиций и заявили о том, что они категорически не могут поддержать различные условия реструктуризации ГКО. Все это в корне меняло достигнутые договоренности и разрушало с трудом созданную конструкцию.

Перейти на страницу: 1 2 3 4 5 6 7 8 9