КАК ПРИНИМАЛОСЬ «ГЛАВНОЕ» РЕШЕНИЕ?

В этой связи поистине маниакальная политика укрепления реального курса российского рубля, проводящаяся на протяжении последних шести лет, мне представляется явно ошибочной. Самое «смешное» состоит в том, что эта политика подавалась как единственно возможный инструмент борьбы с инфляцией, хотя никто не смог объяснить механизмов его работы. В результате инфляцию победить не удалось, но вот запустить хорошо знакомый еще по советским временам механизм «проедания» нефтяных доходов получилось. И вот снова список товаров, которые выгоднее завозить из-за границы, нежели производить в стране, растет, а перечень экспортируемой продукции, отличной от сырья, явственно сокращается.

На всеобщее счастье галопирующие нефтяные цены позволяют сквозь пальцы смотреть на все эти проблемы и даже говорить об «иммунитете от голландской болезни», но в долгосрочной перспективе превращение России в страну, чье текущее благополучие и будущее зависят исключительно от конъюнктуры мировых цен на сырье, становится все более неизбежным. А ведь для того, чтобы рубль стал реально конвертируемым, а Москва оказалась «международным финансовым центром», чего так хотят российские власти, экономика должна начать производить что-то такое, что пользовалось бы спросом за ее пределами, и желательно, чтобы это «что-то» не было исключительно сырьем. Именно для этого российской экономике нужна низкая инфляция, и именно поэтому мы вправе требовать от Центрального банка одержать победу в нелегкой битве за рубль.

Я часто сам себе задаю вопрос: почему все так произошло? Почему и как получилось, что за несколько недель экономический шторм перечеркнул усилия и результаты работы последних лет? Была ли сделана нами, людьми, связавшими свое имя с борьбой за устойчивость российского рубля, ошибка, которая способствовала столь неблагоприятному развитию ситуации в стране? И если да, то в чем и когда?

По роду своей деятельности я участвовал в разработке и реализации российской экономической политики в течение последних пяти лет. С мая 1993-го по март 1995 года я работал заместителем Министра финансов России и отвечал за вопросы бюджетного планирования, макроэкономической и налоговой политики. С декабря 1995 по сентябрь 1998 года являлся первым заместителем Председателя Центрального банка Российской Федерации, отвечавшим за выработку и проведение денежной и валютной политики. События, описанные в этой книге, прошли при моем непосредственном участии, принятие многих решений происходило по моей инициативе или с моим участием. Именно поэтому я считаю себя вправе изложить свое видение и понимание ситуации, постараться объяснить логику, которая двигала моими коллегами и мною при принятии тех или иных решений, изложить проблемы, с которыми нам пришлось столкнуться и решение которых рано или поздно придется находить.

Осенью 1994 года после трех лет жизни в условиях высокой, порой неконтролируемой инфляции Правительство приняло решение о том, что главной задачей экономической политики для него отныне является снижение темпа роста цен и обеспечение стабильности национальной валюты. Осознание того факта, что эмиссия позволяет решать отдельные проблемы, но ухудшает жизнь всей страны, привело к принятию ключевого решения, определившего развитие событий в последующие годы.

Я пытаюсь показать читателю, какой длинный путь прошла наша страна за последние пять лет: от бушующей инфляции и постоянного падения рубля, хаоса в бюджетной и денежной политике в 1992—1993 годах, до страны, которая в начале 1998 года могла гордиться самыми низкими темпами инфляции в Восточной Европе, чья национальная валюта была одной из самых устойчивых среди стран с переходной экономикой, чей финансовый рынок стал привлекательным для крупнейших международных финансовых институтов. Вместе с тем, за эти пять лет наша страна так и не смогла справиться с младенческой болезнью, первые симптомы которой проявились еще на заре реформ, в 1992 году – страна не научилась платить и собирать налоги.

Перейти на страницу: 1 2 3 4 5 6 7 8 9