Общины

Общины сами разрабатывали свои Уголовные Кодексы и на первых порах увлеклись занесением в список преступлений своих обычаев. Но так как внутренние общинные законы других граждан не касались и их нарушение могло вменяться им в вину только после специального предупреждения, то общины поняли, что выдумывают обузу сами для себя. В результате общинные Кодексы быстро очистились от лишнего мусора, хотя кое-где в них и до сих пор присутствуют свои специфические обычаи.

Так же быстро иссяк энтузиазм по выдумыванию общинных наказаний за преступления. Все общины довольно быстро пришли к мысли, что преступнику лучше не знать, как его накажут. Ему нужно знать только, что его накажут так, что другим будет неповадно. Общины просто определили виды наказаний, а выбирать их в каждом конкретном случае доверили своим судьям. Список наказаний обычно открывают телесные наказания, повсеместно применяемые к детям, подросткам и жителям общины, не имеющим детей. (Такие граждане, как правило, не считаются полноценными и в общине ограничены в правах, даже если при этом они являются полноценными гражданами страны). Как правило, в качестве наказания применяется домашний арест, при котором наказанный не имеет права покидать свой двор, за исключением работы, и никто не имеет права его посещать. И обязательно в качестве наказания применялась смертная казнь. (В процессе построения Коммунизма к преступникам относились крайне отрицательно, считая их разновидностью животных).

Непосредственно в общинах суды встречаются редко, как правило, только в очень крупных общинах. Обычно несколько общин избирают пожизненно одного достойного Человека судьей и поручают ему пресечь преступность против граждан объединившихся общин. И судьи с преступностью быстро справились. При обострении преступности они были беспощадны, особенно к рецидивистам или явно выраженным моральным уродам. При спаде преступности суды ограничивались поркой или домашним арестом.

Где бы предусмотренное Уголовным Уложением преступление ни было совершено, судит преступника суд общины, из которой был потерпевший. Никаких других вышестоящих судов нет. Просить помилования или снисхождения можно только у общины, на граждан которой преступник покусился. Если судья приговаривал к смерти, а община в помиловании отказывала, то больше никто это дело не рассматривал - преступника забирал губернатор и казнил немедленно.

Собственно говоря, в стране есть суд с названием “Верховный”. Это суд Собора и членами его являются земцы. Но рассматривал этот суд только государственные преступления, в число которых входили и преступления судов. И если преступник жаловался прокурору, что его приговор заведомо неправосуден, то прокурор автоматически возбуждал дело против судьи, и в этом случае губернатор задерживал казнь, пока дело судьи не рассмотрит Верховный Суд. Казнь преступника совершалась после оправдания судьи.

Преступление против правосудия считается самым тяжким преступлением против государства. Судью могу ввести в заблуждение свидетели или факты, судья может ошибиться и это ему прощают. Но если его уличали, что он вынес неправосудный приговор из каких-то личных побуждений, то казнь ему гарантировалась.

Раз уж разговор пошел о правоохранительных органах, то видимо следует сказать, что розыск преступников и следствие по их делам вели и ведут три инстанции. В общинах этим занимаются старосты и их помощники - милиционеры. При необходимости розыска по всей стране подключается полиция в системе исполнительной власти.

Перейти на страницу: 1 2 3